Feci quod potui, faciant meliora potentes. (qaz123wsx456edc) wrote,
Feci quod potui, faciant meliora potentes.
qaz123wsx456edc

Закат Европы. Часть 10. Европейский популизм: между правыми и левыми.



ПОЛИТЭКОНОМИЯ ЕВРОПЕЙСКОГО ПОПУЛИЗМА

В марте 2018 года Лондонская школа экономики и политологии (London School of Economics and Political Science, LSE) выпустила крайне интересную работу LEQS Paper No. 132/2018 "The Political Economy of European Populism: Labour Market Dualisation and Protest Voting in Germany and Spain", в которой анализируются политико-экономические причины возрастающего спроса на правый или левый популизм в Европе на фоне потери традиционными социал-демократическими партиями своего устоявшегося электората.

Автор научного труда определяет популизм через три ключевые составляющие: анти-элитизм, анти-плюрализм и требование возвращения политической власти. Таким образом, популизм может быть свойственен различным политическим движениям и идеологиям, его суть заключается в обращении к политически непредставленным слоям общества.

Элитизм - убежденность в том, что управление всегда и повсюду должно быть прерогативой представителей элит.
Политический плюрализм - наличие многопартийности, различных общественных объединений, союзов, движений и формирований, действующих в рамках Конституции, которая провозглашает их равенство перед законом.


Академический дискурс обычно вращается вокруг трех возможных причин всплеска европейского популизма, но все они так или иначе связаны с концепцией глобализации: (1) нарастающее изменение ценностей и миграция, (2) экономические бедствия и кризисы, (3) социальный регресс и отчуждение.

(1) Сторонники теории обратной культурной реакции видят причину растущего популизма в ностальгии когда-то преобладающего большинства по старым временам на фоне прогрессирующих изменений общественных ценностей и наплыва мигрантов. Многочисленные исследования установили связь между антимигрантскими настроениями, концепцией национальной идентичности и подъемом популистских движений, ряды которых в основном пополняются пожилыми и менее образованными белыми мужчинами.

(2) Последователи экономической теории объясняют вспышки радикальных настроений и популизма ростом безработицы, сокращением заработной платы, замедлением темпов роста и ухудшением экономического положения. С позиций рассматриваемого подхода основным электоратом радикальных партий и движений становятся лузеры экономической модернизации и структурных изменений в экономике (автоматизации, деиндустриализации и т.п.).

(3) Совсем недавно в качестве причины роста популизма стали называть социальный регресс и отчуждение. На протяжении нескольких десятилетий неолиберализм проповедовал либерализацию, рыночную ориентацию, рост конкуренции - все это за счет слабейших членов общества. Разрушение стандартных форм занятости, сокращение перечня и объема социальных услуг, вывод персонала за штат, уничтожение среднего класса вызвало постоянное ощущение социальной отчужденности и вылилось в радикальные протесты и разочарование текущим политико-экономическим устройством.

Автор исследования строит теорию популизма на базе последних двух концепций, рассматривая в качестве ключевой причины глобализацию, приводящую к дуализации рынка труда, а электоральное поведение связывает с экономическими интересами и индивидуальным положением на трудовом рынке.

Последние изыскания увязывают ультраправый популизм и протекционизм с крупномасштабной миграцией в комбинации с большим количеством экономически обделенных и ущемленных избирателей, их еще называют лузерами глобализации.

Однако, автор оспаривает тезис о том, что следствием названных причин является исключительно ультраправый популизм, и в качестве обоснования он приводит в пример две страны Европы: Германию и Испанию, где схожие экономические результаты в виде дуализации рынка труда и формирования армии лузеров привели к диаметрально противоположным исходам: подъему ультраправых популистов в Германии и левых популистов в Испании.

Германская экономика превосходит испанскую практически по всем экономическим индикаторам. Мировой финансовый кризис затронул Германию гораздо в меньшей степени, стране удалось создать успешную экспортную индустрию и значительно сократить безработицу (хоть и за счет увеличения маргинальной занятости).

Испания оказалась в ряду государств, испытавших наибольшее влияние долгового кризиса, что привело правительство к необходимости введения жестких мер бюджетной экономии. В результате безработица достигла рекордных значений (18.6% в целом для популяции и 40% среди молодежи). Заметно увеличился уровень бедности населения.

В период 2006-2016 годов Испания имела более высокий показатель прироста миграции в расчете на одного человека.

Уровень коррумпированности элит в Испании также превышал немецкий.

Итогом социально-экономических проблем глобализма в Германии стал рост популярности ультраправой партии Альтернатива для Германии (Alternative Für Deutschland,  Afd).

В Испании, напротив, усилила позиции левая партия Podemos.

Основываясь на двух пограничных случаях с различными исходами, автор формирует модель перераспределения электората между партиями разновекторной направленности в зависимости от степени дуализации (сегментации, сегрегации) рынка труда и количества политически непредставленных аутсайдеров.


ДУАЛИЗАЦИЯ И ПОЛИТИКО-ЭКОНОМИЧЕСКАЯ МОДЕЛЬ ПОПУЛИЗМА

Одной из важнейших общеевропейских тенденций наряду со всплеском популизма является потеря электората социал-демократическими партиями, начиная с середины 2000-х годов, что объясняется ростом дуализации, под которой подразумевается дифференцированный подход к инсайдерам и аутсайдерам.

Под инсайдерами понимаются работающие полную неделю на условиях постоянной занятости либо по срочному трудовому договору или в рамках частичной занятости (по причине нежелания переходить на полную неделю или на постоянную занятость).

Под аутсайдерами понимаются безработные, работники на полную неделю по срочным договорам или занятые на временных работах, устроенные на неполную рабочую неделю (частичная занятость).

Инсайдеры используют с выгодой меры защиты традиционного рынка труда, в то время как аутсайдеры все более маргинализуются в силу занятости на рисковых работах с низкими ставками оплаты труда, которые компенсируются выплатами социальных пособий, назначаемых с учетом материального положения работника.

В результате процесса глобализации рабочая сила раскололась на два крупных сегмента с различными, часто противоположными предпочтениями. Инсайдеры добиваются усиления протекционистских мер с целью защиты от конкуренции, а аутсайдерам приходится разве что рассчитывать на щедрые пособия по безработице и надеяться на доступ к стабильной занятости в будущем.

Дуализация на рынке труда и ввергла социал-демократические партии в перманентный кризис: разнородность интересов инсайдеров и аутсайдеров привела к тому, что социал-демократы сосредоточились на представлении политических интересов традиционного электората - инсайдеров, а аутсайдеры остались за бортом.

Повышенные защитные меры основной рабочей силы, инсайдеров, от неблагоприятных последствий развития глобальной экономики были оплачены созданием маргинального слоя - аутсайдеров, на плечи которых легла вся тяжесть реформ, направленных на повышение гибкости рынка труда. Ровно по названной причине номинальное снижение безработицы в европейских странах не привело к повышению благосостояния, а лишь увеличило количество бедных и усилило неравенство в распределении доходов.

Сегментация обусловила появление в обществе массы людей, чьи интересы не замечались и не учитывались при принятии политических и экономических решений. Вполне закономерно, что маргинализованные слои стали добычей популистских партий и движений, вызвавшихся представлять их интересы.

Автор описывает модель, в рамках которой устанавливается зависимость между количеством маргинализованных работников и их политическими предпочтениями.

В случае незначительного числа аутсайдеров большинство голосов по-прежнему будет отдано социал-демократическим партиям.

Если группа аутсайдеров достигнет среднего размера, существует вероятность того, что их интересы окажутся представлены ультраправыми популистами, причем преимущественно не в форме экономических требований, а в культурологических терминах.

И только в ситуации маргинализации широких народных масс восстановление политического влияния будет происходить при содействии левых партий.


РЕФОРМЫ РЫНКА ТРУДА

Реформы рынков труда Германии и Испании обладали сходством в подходах и целях. Главной повесткой дня правительств обеих стран стала борьба со структурной безработицей (несоответствием спроса и предложения на рынке труда в связи с изменением отраслевой, территориальной и профессионально-квалификационной структуры спроса) и повышением гибкости рынка труда. Но результаты реформ оказались различными.

Реформы Хартца в Германии в 2003-2005 годах

В начале 2000-х годов Германия столкнулась с возросшей конкуренцией на глобальных рынках. Федеральный канцлер Герхард Шрёдер созвал комиссию под председательством представителя трудового коллектива Volkswagen, Peter Hartz, основной задачей которой стала выработка программы реформирования рынка труда и системы социальной поддержки. Претворением в жизнь четырех пакетов реформ Хартца занялась коалиция из Социал-демократической партии Германии (Sozialdemokratische Partei Deutschlands,SPD) и Союза 90/Зелёные (Bündnis 90/Die Grünen).

Основные изменения были направлены на ослабление законодательного регулирования временной занятости, стимулирование неполной (частичной) занятости и внедрение системы мини-работ, оплачиваемых по предельно низким ставкам и освобожденных от уплаты социальных взносов. На соискателей, отказывающихся от маргинальных рабочих мест, накладывали санкции. До реформы безработные на протяжении 36 месяцев могли рассчитывать на выплату пособия по безработице в пропорции к получаемой ранее заработной плате. Хартц сократил это время до 12 месяцев и оптимизировал систему социальных пособий в сторону урезания выплат и установления их размера в зависимости от материального положения. Реформы были направлены на повышение конкурентоспособности немецких экспортных компаний за счет сокращения государственных расходов и трудовых издержек.

Одним из заметных и неоспоримых результатов реформ Хартца стала дуализация рынка труда. Трансформации с целью повышения прибыльности немецкого бизнеса практически не затронули основную рабочую силу, инсайдеров, пользующихся мощной поддержкой профсоюзов. Основное бремя либерализации рынка труда в условиях глобальной экономики пришлось нести стремительно маргинализуемой части трудового рынка - аутсайдерам. Законодательство по защите занятости было существенно упрощено для случаев временного найма.

В условиях внешнего ценового давления безработица была сокращена за счет ликвидации равенства в оплате труда. Создание мини-работ стало основным драйвером дуализации, поскольку маргинализованную рабочую силу лишили права на пособие по безработице и пенсионные выплаты, равно как и возможности стабильного трудоустройства. Кроме того, в связи с низкой оплатой труда государству пришлось доплачивать трудоустроенным на мини-работы до минимального дохода.

Реформы Хартца фактически похоронили послевоенную немецкую модель европейской социальной справедливости: единый трудовой контракт и социальная защита для всех граждан Германии без исключения. С политической точки зрения реформы стали катастрофой для самых слабых и незащищенных слоев населения.




Королевские указы 2010 и 2012 годов в Испании

Испания приступила к реформам рынка труда только в 2010 году, руководствуясь схожими мотивами и амбициями. Финансовый кризис 2008 года привел к одному из самых высоких в Европе уровню безработицы в стране.

Рыночная трансформация велась в трех основных направлениях: заключение коллективных договоров между профсоюзами и нанимателями, поощрение постоянных бессрочных трудовых контрактов и защита занятости.

Одновременно были сокращены выплаты при увольнении и увеличен испытательный срок для работников малых предприятий с полугода до года. Также компаниям была предоставлена возможность увольнять штатных сотрудников по причинам экономического, организационного, технического и производственного характера. Наниматели получили право в одностороннем порядке изменять условия трудоустройства, такие как количество рабочих часов и заработная плата.

Правительство в противовес обещаниям активно содействовало внедрению в трудовую практику срочных контрактов: в период 2012-2014 годов порядка 90% вновь заключенных трудовых договоров являлись временными, а не постоянными.

Результаты реформ с задекларированной целью повысить гибкость рынка труда за счет коррекции рабочих часов и оплаты для сохранения рабочих мест в период экономического спада оказались прямо противоположными подразумеваемым. В экономике, ориентированной на внутренний спрос, сокращение спроса и производственных мощностей, обусловленные жесткой бюджетной экономией и масштабным урезанием заработной платы, привели к моментальному и глубокому падению занятости. Вместо сохранения рабочих мест за счет перевода работников на неполную рабочую неделю, компании воспользовались правом беспрепятственного увольнения штатных сотрудников и просто вышвырнули людей на улицу.

В кратчайшие сроки было ликвидировано 630,000 рабочих мест, 66% из которых ранее занимали квалифицированные работники с бессрочными трудовыми контрактами. В период 2011-2013 годов Испания потеряла 1.7 миллионов рабочих мест с полной занятостью, количество временных трудовых договоров выросло на 31.2%, а рабочих мест с вынужденной частичной занятостью - на 27%.

Главным итогом испанских реформ стало ухудшение положения не только аутсайдеров, но и инсайдеров. Профсоюзы призвали к жесткой оппозиции правительственному курсу, организации массовых демонстраций и забастовок по всей стране, а левые популисты получили возможность перетянуть в свой лагерь огромную группу маргинализованных трудовых ресурсов.


ПОЛИТИЧЕСКИЕ СЛЕДСТВИЯ

В рамках политэкономической парадигмы рабочий класс используется для коллективной классовой борьбы с целью улучшения социально-экономической ситуации в стране. Но в условиях глобальной экономики и порожденной ею дуализации сплочение рабочей силы вокруг единой программы представляется маловероятным. Новая реальность капиталистических демократий заключается в том, что отвергнутые социал-демократическими партиями аутсайдеры, примкнувшие к радикальным движениям, создают реальную угрозу политической стабильности и социальной сплоченности общества даже на фоне процветающих экономик.

Германия

Плюрализм интересов и индивидуального экономического опыта приводит к тому, что удобной базой для объединения разношерстного электората становится этническое, расовое и языковое сходство. Экономические требования переформулируются и смещаются в область культурного конфликта, чем активно пользуются правые популисты Германии, начиная с 2013 года. Тем более что макроэкономические успехи страны оставляют крайне незначительный люфт для традиционных партий с их выверенными программами, а отраслевые профсоюзы Германии разобщены и не способны на коллективные акции с целью защиты интересов трудового класса.

В 2000 году за Социал-демократическую партию Германии (SPD) голосовало 44% рабочих, в 2016 году - только 17% (см. Figure 4.). При этом количество хорошо образованных работников в электорате SPD увеличилось на 20%.


В 2016 году Alternative Für Deutschland (Afd) получила 34% голосов рабочих. Afd стала партией выбора для наибольшего количества безработных (см. Figure 5.). Фактически, Альтернатива для Германии трансформировалась в новую немецкую трудовую партию, представляющую интересы аутсайдеров, пожинающих плоды глобализации и дуализации.



Голосование за Afd может быть объяснено в рамках теории протестного голосования, когда в ответ на пренебрежение со стороны ведущих партий электорат голосует за партии, не отвечающие их интересам и ценностям, а также за маргинальные и подвергаемые остракизму. Главной целью является поспособствовать успеху альтернативной партии и побудить тем самым партию реального выбора к включению в повестку дня потребностей протестантов.

К примеру, на выборах 2016 года 25% голосов, отданных за Afd, принадлежали убежденным сторонникам партии, а 67% голосов Alternative Für Deutschland получила от разочарованных избирателей ведущих немецких партий. Согласно опросам, 41% приверженцев Afd видят себя лузерами, а 67% беспокоятся за свое будущее, преимущественно в части гарантий занятости и финансовой защищенности.

Аутсайдерам сложно найти партию, представляющую их интересы, особенно на фоне того, что 73% немцев оценивают экономическую ситуацию в Германии как "хорошую" или "очень хорошую". И никого в сущности не волнует, что лузерство аутсайдеров стало платой за экономическую стабильность для большей части страны.

Afd умело перевела экономическую повестку в термины общезначимого культурного конфликта, воспользовавшись остротой кризиса беженцев меркелевской волны, и получила возможность объединить на этой базе аутсайдеров и разочарованных избирателей, а также более состоятельных представителей среднего класса, напуганных происходящим в Германии.

Испания

После начала реформ реструктуризации рынка труда в мае 2011 года протестное движение народных масс Movimiento 15-M (испанский аналог Occupy Wall Street) провело демонстрации по всей Испании, в них приняли участие сотни тысяч человек. Центральной повесткой протестных выступлений стала борьба с двухпартийной системой, представленной консервативной Partido Popular и социал-демократической PSOE. По мнению 15-M, две партии проводят единую согласованную политику укрепления господства капитализма под эгидой демократии. Демонстранты выступали против неолиберальных реформ рынка труда и программ жесткой экономии. 15-M продемонстрировало беспрецедентный мобилизационный потенциал за всю недавнюю историю протестных выступлений в Испании.

В 2014 году активисты создали левую популистскую партию Podemos в виде политического крыла Movimiento 15-M. Партия организована по принципу децентрализованной сетевой структуры, состоящей из локальных групп, и финансируется за счет краудфандинга. На парламентских выборах 2015 года Podemos удалось занять третье место с 21% голосов, получить 69 мест в парламенте и нарушить доминирование традиционной двухпартийной системы.

Podemos получила поддержку крайне широкой электоральной базы, в чем ей, несомненно, помогли неудовлетворительные макроэкономические результаты посткризисной программы и маргинализация значительной части населения Испании в процессе либерализации и структурной перестройки рынка труда. У Podemos не было оснований переводить экономические требования в культурную плоскость - многочисленных избирателей объединял схожий плачевный социально-экономический индивидуальный опыт борьбы с последствиями правительственной шоковой терапии.

В заключительной части статьи автор демонстрирует работоспособность предложенной им концепции на примере Италии, Греции и Австрии. Желающие ознакомиться с текстом на языке оригинала могут найти его по ссылке.

Tags: Германия, Европа, Закат Европы, беженцы, мировые тренды, политика в Европе
Subscribe

Posts from This Journal “мировые тренды” Tag

Comments for this post were disabled by the author